Люди, которыми ты не станешь
Я воспринимаю жизнь как череду маленьких жизней. В каждой свои люди, занятия, тревоги и представления о будущем. Студенческие годы, первая работа, жизнь с кем-то, жизнь одному. Иногда между ними лежит переезд или расставание. Иногда адрес остаётся прежним, а всё, чем были заняты мысли несколько лет назад, уже потеряло значение.
Я помню, как важно было собрать портфолио, устроиться на работу, построить карьеру. Как хотелось купить первую машину. Тогда вокруг этого складывались планы. Сейчас меня занимает другое, но прежние желания от этого не кажутся глупыми. Тому человеку всё это было нужно.
Мне удалось пожить по-разному. Были шесть лет отношений, общий дом, друзья, которые приходили в гости. Потом — самостоятельная жизнь и переезды. Какое-то время я практически без остановки колесил по миру с одним чемоданом и посетил 30 стран. Проехал на машине половину Америки и Африки. Где-то оставался надолго, работал, обживался. Строил карьеру, запускал собственные бизнесы.
Отчасти повезло с возможностями, отчасти я сам к этому стремился. Прожить разнообразную жизнь — один из главных моих смыслов. Узнать, каково мне в разных местах, занятиях, отношениях. И многое из того, что я попробовал, мне действительно понравилось.
Но маленькие жизни не сменяют друг друга так аккуратно, чтобы предыдущая всякий раз становилась ненужной. Можно захотеть дома и продолжать любить переезды. Уйти из профессии и скучать по работе, которая когда-то увлекала. Сегодня ты уже не устроил бы всё в точности так же, но помнишь, что тебе было дорого.
Поэтому выбрать следующую жизнь бывает труднее, чем первую. Уже знаешь, сколько хорошего может остаться в остальных.
А если мне действительно хочется всего?
Мне хочется собаку, семью, строить дом. И по-прежнему хочется путешествовать, жить в разных странах, запускать бизнес. К каждой из этих жизней придётся привыкать. В каждой будет своя усталость и свои неприятности. Я это понимаю — и всё равно хочу.
Было бы удобно объяснить такую растерянность красивыми картинками. В чужой жизни виден результат, а повседневность скрыта. Иногда так и есть. Но я уже жил с чемоданом и знаю, что это не бесконечный отпуск. Знаю и то, ради чего согласился бы снова. Удовольствие от этой жизни не исчезает от знакомства с её трудностями.
С опытом можно обнаружить несколько подходящих вариантов. Работа нравится, но своё дело тоже интересно. Самостоятельность дорога, но близости хочется не меньше. Список плюсов и минусов получается подробным. Решение из него почему-то не следует.
Тогда начинаешь разбирать желания. А точно ли нужен бизнес? Может, просто хочется признания? Дом — это моё или пора по возрасту? Переезд — интерес или бегство? Иногда удаётся что-то прояснить. А иногда после всех разборов выясняется: да, хочется и самостоятельности, и признания, и дома, и другой страны. Ничего не удалось разоблачить.
За семь лет терапии я научился неплохо объяснять, что со мной происходит. Но здесь это умение пока помогает убедительно обосновать каждый вариант. Я рассчитывал, что лучше узнаю себя и выбирать станет проще. Теперь я лучше понимаю, от чего мне будет тяжело отказаться.
Всему можно найти место. Но сколько?
Конечно, семья не запрещает путешествовать, а дом — заниматься бизнесом. Многое можно совместить. Только несколько поездок в год и постоянная жизнь в движении — разный опыт. Проект по вечерам и дело, которому отдаёшь следующие несколько лет, тоже требуют разного участия.
Общая формула работает до конкретного решения. Появляется возможность на год уехать, а партнёр хочет остаться. У него здесь работа, близкие, собственные планы. Можно договориться о расстоянии, сроках, приездах. Но провести этот год вместе и каждому жить там, где хочется, одновременно не получится.
Или проект вырастает настолько, что свободных вечеров ему больше не хватает. Чтобы продолжить, придётся сократить работу, потратить накопления, реже видеться с людьми. При этом всё, от чего приходится отказываться, остаётся ценным. Никто не подменил хорошую работу плохой специально к моменту выбора.
И вот это уже больно. Хочется не просто попробовать каждое занятие, а узнать, что из него могло бы вырасти. Стать в нём сильным. Обжиться. Накопить общую историю с людьми. На это нужны годы, и одни и те же годы нельзя целиком отдать каждому варианту.
В воображении эти жизни уже успевают стать дорогими. Ты представляешь себя внутри: что умеешь, с кем общаешься, куда возвращаешься вечером. Поэтому отказ ощущается гораздо сильнее, чем вычёркивание плана. Иногда он звучит почти жестоко: кем из себя я теперь согласен не стать?
Меня пугает, что даже хороший выбор не избавит от этой потери. Я могу быть счастлив в одной жизни и продолжать хотеть другую. Не вместо неё, а тоже.
Передумать можно. Вернуть годы — нет
Из другой страны можно вернуться. Но друзья за это время продолжат встречаться без тебя. Вы всё ещё близки, только теперь в разговоре постоянно возникают истории, которые приходится пересказывать. Тебя в них не было.
Можно вернуться к прежнему делу. Но человек, который всё это время им занимался, успел научиться тому, чего ты пока не умеешь. Смотришь на него и видишь возможное продолжение собственной жизни. Оно выглядит хорошим, хотя свою ты тоже не считаешь неудачной.
Здесь мне кажется точным слово «горевание». Жалко целого прошлого, которое могло бы появиться: людей, привычек, работы, воспоминаний. Вернуться к занятию ещё можно. Получить вместе с ним годы, прожитые иначе, уже нельзя.
И для этой грусти не требуется доказательство, что другой путь был лучше. Достаточно того, что он тоже мог быть хорошим. Не хочется утешать себя выдумками, что тот город обязательно разочаровал бы, бизнес развалился, а отношения всё равно закончились. Иногда мы обесцениваем непрожитое, потому что иначе слишком больно признать отказ.
Но и тоска по другой жизни не обязательно требует немедленно бросить нынешнюю. Можно завидовать человеку, который снова уезжает на несколько месяцев, и хотеть вечером домой, к своему партнёру. Скучать по свободному времени и дорожить делом, которое его занимает.
От выбора часто ждёшь окончательного облегчения: теперь я на своём месте, вопрос закрыт. Поэтому любое сожаление быстро становится уликой — значит, опять ошибся. Хотя в выбранной жизни действительно может не хватать чего-то важного. Того самого, от чего пришлось отказаться.
Выбирать будет один человек, жить — уже другой
Есть ещё одна неприятность. Решение нужно принять сейчас, а оценивать его через несколько лет будет человек с другими желаниями и опытом. Он будет знать последствия. У него огромное преимущество в споре.
Когда-то хотелось должности, ради которой многое откладывалось. Теперь важнее, сколько сил остаётся после работы. Самостоятельная жизнь была главным желанием, а потом захотелось близости. Прежний выбор мог дать всё, ради чего совершался, и всё равно перестать устраивать.
Трудно требовать от сегодняшнего решения, чтобы оно удовлетворило всех людей, которыми ещё предстоит стать. Тем более что меняться они будут благодаря самому решению.
Я представляю возможных себя довольно конкретно: путешественник, предприниматель, человек, который пишет. Эти образы привлекают, ради них хочется что-то делать. Но ни в одну прежнюю мини-жизнь я не вошёл тем человеком, которым стал внутри неё. По дороге что-то происходило, появлялись люди, менялись планы.
Так бывает и с вполне продуманным переездом. Приезжаешь ради города, а остаёшься ради людей. Начинаешь проект ради самостоятельности, а увлекаешься работой, которой прежде вообще не занимался. Продолжение оказывается важным по причинам, которых в первоначальном плане не было.
Поэтому и поиск не всегда проходит впустую. Я сейчас пробую писать, и из попыток разобраться складывается блог. Будущее по-прежнему не определено, но занятие уже есть. Оно получает время, вызывает интерес, меняет то, о чём я думаю.
Можно ещё не решить, останешься ли в городе, и уже завести там друзей. Не знать, станет ли занятие профессией, и уже многому научиться. Не понимать, что дальше, и проживать одну из тех маленьких жизней, о которых потом будет что вспомнить.
Это не даёт гарантии правильного выбора. И не возвращает потерянных возможностей. Но я всё меньше верю, что ясность должна выглядеть как полное исчезновение интереса к другим жизням.
Иногда уже понятно, чего хочется, ради чего стоит попробовать и с какими трудностями готов иметь дело. Непонятно только, как согласиться на отказ от остального. И ещё один разбор себя не обязательно сделает этот отказ безболезненным.
Люди, которыми мы не станем, могут остаться нам дороги. Мне бы хотелось научиться выдерживать это, не превращая их возможное счастье в обвинение своей настоящей жизни.
